Американо-израильская атака на Иран 28 февраля оказалась планом первого удара. То есть, плана войны не было. У Тегерана стратегический план имелся, и он заключается в асимметричном давлении на мировую экономику. Ресурсные потенциалы США и ИРИ просто несопоставимы, но из-за того, что у более слабой стороны есть стратегия, более сильная держава попала в гонку со временем и пока ее проигрывает.
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:
Обострение на Ближнем Востоке: предварительные итоги
Полноценная война
Для любителей военной истории, к коим себя причисляет автор материала, Большая Ближневосточная война — просто исследовательская радость. Особенно в свете СВО Кремля, которая годами ведется вопреки всем учебникам, букварям и азбукам военного дела с непонятными целями и не приходя в сознание. В отличие от военной порнографии в Восточной Европе, боевые действия на Ближнем Востоке вполне возможно прогнозировать.
Если мы обратимся к опыту 22 июня 1941 года, то гитлеровский план «Барбаросса», по сути, не являлся полноценным решением на ведение войны с Советским Союзом. Это был план первого удара с выходом на линию Архангельск – Астрахань через 90 дней боевых действий. Три месяца — это верхняя граница любого блицкрига. Тот факт, что «Барбаросса» посыпалась, военным стратегам стал понятен уже в июле 1941-го под Смоленском.
«Война — это ведь не просто кто кого перестреляет. Война — это кто кого передумает», — справедливо отмечал старшина Федот Васков из повести Бориса Васильева «А зори здесь тихие».
После 12-дневной войны 2025 года иранскому военно-политическому руководству было много над чем подумать.
В Тегеране осознали, что надеяться можно только на собственные силы. Лестница командования, когда у каждого серьезного командира имеются 4–5 заместителей, а при замещении должности выстраивается новая такая же лестница — стала ответом на продемонстрированную Израилем способность быстро обезглавливать иранское военное руководство.
Армия — это эволюционно сформировавшийся социальный институт, приспособленный для функционирования в условиях больших потерь личного состава. Иранское руководство лишь усовершенствовало сетецентрическую систему, облегчив низовым подразделениям ведение боевых действий в условиях автономного командования. На этот случай были заблаговременно разработаны функциональные обязанности и приказы на случай военных действий.
Двойной трек управления — еще один ход от ИРИ. С 28 февраля — момента начала американо-израильского нападения — гражданское руководство государства проводило самостоятельную линию поведения, а военное — свою собственную. То есть, пока КСИР и армия выбирали объекты для атаки, президент и другие высокопоставленные управленцы вещали об иранском миролюбии, призывали соседей убрать со своей территории американские военные базы и постоянно твердили, что к собственно монархиям Персидского залива никаких претензий нет. Удары по ним наносятся из-за объектов США, которые используются для войны с Ираном.
В ИРИ очень сложная и институализированная система государственного управления. В таких условиях даже масштабное выбивание высшего чиновничества не прерывает политического руководства. Всегда находятся фигуры, способные принять решение и отдать приказ.
После блицкрига
По формальным критериям блицкриг Вашингтона и Тель-Авива против Тегерана еще не провалился. До 90 дней далековато. Вместе с тем рубежи в три, 12 и 21 день войны остались уже позади. Впереди только две отсечки — в 40 и 90 дней.
Для блицкрига и для войны на сокрушение нужны принципиально разные армии. Израильские вооруженные силы способны воевать только короткие кампании. А когда приходится ввязываться в затяжные сражения на суше, то они не могут одолеть ни Хезболлу летом 2006 года, ни Сектор Газа в 2023-25 гг.
У Пентагона имеются мощные соединения для сухопутного вторжения, но все равно главная компонента вооруженных сил США — это авиация (морского и воздушного базирования). Авиация оказалась бессильна разблокировать Ормузский пролив — главную нефтегазовую артерию планеты.
Изначально плана по использованию мощной наземной группировки у Белого дома не имелось. Те подразделения морской пехоты, которые в настоящее время направляются в район Персидского залива, способны захватить остров Харк (через него идет 90% иранского нефтяного экспорта), но их недостаточно для разблокировки Ормуза. Да и захват кораллового острова 8 на 4 км не избавит американских военнослужащих от ударов артиллерией, ракетами и беспилотниками с материка.
Благодаря перекрытию Ормузского пролива (20 млн баррелей нефти в день выпали из оборота), в войне появился четкий индикатор, кто побеждает стратегически. Сегодня это Иран, поскольку именно он решает, чьим кораблям ходить через бутылочное горлышко глобальной экономики, а чьим стоять, гореть или тонуть.
Для решения «Ормузского вопроса» в свою пользу Вашингтону нужна крупная наземная группировка. Если начать ее сбор и переброску, то счет времени пойдет на месяцы. А здесь уже начинается гонка со временем, поскольку 4 ноября 2026 года близко и на политическом поле Соединенных Штатов пошли характерные электоральные движения.
Собрать армию вторжения среди стран Ближнего Востока не получается. 87% ракетно-дроновых ударов Тегерана с начала войны пришлись на соседей по Персидскому заливу и только 13% досталось Израилю. Да и ракеты в направлении Земли Ханаанской показали способность пробивать «Пращу Давида», «Железный купол» и американскую THAAD вместе взятые.
Если та же Саудовская Аравия, у которой одних боевых самолетов под 400 штук, вздумает активно участвовать в боевых действиях против Ирана, то нефтепровод на Янбу (3,8 млн баррелей в сутки) в Красном море королевству уничтожат. Аналогично с электростанциями и водоопреснительными установками. Порой одного «шахеда-136» хватает для феерического пожара на нефтегазовых объектах.
Азербайджан, который поначалу изготовился для боевых действий против ИРИ на суше, потом прекратил военные приготовления. Турция — связанная с Баку военным договором — никакой заинтересованности участия в схватке с Тегераном не демонстрирует.
А тем временем мировая экономика продолжает «температурить» из-за перекрытия Ормузского пролива. Выпавшие объемы физически нечем заместить. Пока рост цен на «черное золото» сдерживает расконсервация стратегических нефтяных запасов во многих государствах. Однако эти объемы ограничены и трейдеры уже строят временной коридор на горизонт их исчерпания. С газом ситуация еще более плачевная.
Информационный сюрприз
Вашингтон и Израиль проигрывают информационную войну даже на Западе. Нарратив об освобождении Ирана от режима аятоллата разбивается об уничтоженную школу для девочек в Минабе, например.
Внутри США Демократическая партия развернула медийную кампанию против войны и собственно Дональда Трампа. Пока 47-му президенту ставят в вину развязывание пожара боевых действий. Если он завязнет в «иранском капкане», то будут спрашивать про гигантский расход ресурсов, а если хозяин Овального кабинета войска отведет, то предъявят за геополитическое поражение.
Трамп в свое время поднял много политических очков на бегстве американцев из Афганистана. В случае провала в Иране демократы на нем отыграются по полной программе.
В республиканском лагере тоже нет необходимого единства. Ядерный электорат MAGA (сделаем Америку снова великой) разочарован войной за тысячи километров от Соединенных Штатов. Постоянно вбрасывается тезис о том, что Пентагон воюет за интересы Израиля. Поддержка Тель-Авива среди американцев упала до невиданных прежде показателей, особенно среди молодежи.
Ближневосточная «улица» настроена категорически проирански. Среди шиитов показатели особенно высокие, поскольку авторитетные аятоллы объявили врагам мусульман джихад.
Сказываются и последствия израильских злодеяний в Секторе Газа. Среди жителей аравийских монархий огромная масса недовольных самим фактом того, что их государства оказались на одной стороне баррикады с Израилем.
Европейское информационное пространство тоже расколото. Самый массовый нарратив: не наша война, 5-я статья устава НАТО здесь не работает, поэтому поддержку США оказывать не надо.
Европейские правящие элиты пытаются лавировать, делая взаимоисключающие заявления. То они отказываются помогать Вашингтону, то идут на помощь разблокировать Ормузский пролив, то в Персидский залив придут, но после окончания боевых действий. И эта непоследовательная «песня» какая-то бесконечная.
Президент Трамп по своей природе бизнесмен-девелопер и уже понял, что пора фиксировать убытки. Опыт хозяйственных банкротств явно подсказывает ему модель поведения. Однако сначала попытки заключения сепаратного мира с Ираном пресекались Израилем, чья разведка держит руку на пульсе переговорных контактов.
Потом глава Белого дома попытался подкупить Тегеран взяткой, разрешив тому продать нефти на 14 млрд долларов. США даже выразили готовность скупить этот объем «черного золота», но пока два супертанкера с иранской нефтью отчалили от острова Харк в Китай.
Иранцы признают, что американцы предлагают им переговоры, но пока отвечают встречными требованиями, главные из которых прекращение боевых действий и вывод военных баз США из государств региона.
Угроза усугубления мирового нефтегазового шока в информационном поле перекрывает все американо-израильские сводки об успешных воздушных атаках на объекты в ИРИ. Последний танкер, прошедший Ормуз до его закрытия, встанет у причальной стенки 3 апреля.
Даже Куба, которая сильно поникла перед американским вторжением, теперь начала грубить Дяде Сэму и обещает активное сопротивление.
Картина получилась неожиданной: иранские вооруженные силы понесли тяжелейшие потери, сильно выбит генеральский корпус, но при этом Тегеран выигрывает войну.
Развитие событий показывает, что у Вашингтона не было плана на сценарий, при котором Иран перекрывает Ормузский пролив и наносит удары по нефтедобывающим государствам региона. В общем, Тегеран бросил в игру козырный туз, а есть ли у Белого дома джокер — непонятно.
Фото из открытых источников
