В преддверии референдума 15 марта внимание международного экспертного сообщества приковано к Казахстану. Предстоящий общенациональный референдум по новой редакции Конституции воспринимается на Западе не просто как юридическая процедура, а как масштабный политический эксперимент по модернизации ключевого игрока в Центральной Азии. В условиях глобальной турбулентности Астана предлагает модель развития, основанную на укреплении институтов и пересмотре социального контракта.
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:
Казахстан выстраивает партнерство нового типа — эксперт
Ашок Саджанхар: Казахстан выстраивает свою модель развития
Казахстан стремится адаптироваться к новым реалиям — политолог
Как эти процессы выглядят через призму европейской политической мысли? Насколько жизнеспособна формула «сильный президент – влиятельный парламент – подотчетное правительство» в унитарном государстве и почему экологические и цифровые права становятся новыми столпами безопасности? На эти темы мы беседуем с известным французским ученым, специалистом в области государственного управления и стратегических коммуникаций, профессором Оливье Арифоном. Он беспристрастно проанализировал, как современное государство ищет баланс между стабильностью и неизбежными переменами.
— Профессор Арифон, вы давно наблюдаете за политическими процессами в Центральной Азии. Как бы вы оценили саму идею проведения референдума в Казахстане? Это дань моде на демократизацию или объективная необходимость для системы?
— Знаете, в политической науке есть понятие «институциональной усталости». Прежняя правовая рамка Казахстана была создана в совершенно иных исторических условиях. Сегодня мы видим, что Астана пытается ответить на внутренние запросы общества через юридические инструменты. Референдум здесь — это способ легитимизации нового «социального контракта». Это не просто голосование за поправки, это попытка зафиксировать правила игры, которые будут понятны и внутри страны, и внешним игрокам.
— Многие эксперты обращают внимание на переход к однопалатному парламенту и усиление его полномочий. С точки зрения европейского опыта, не ослабляет ли это систему сдержек и противовесов?
— Напротив, современный тренд в госуправлении — это эффективность и скорость. Двухпалатные системы часто бывают слишком громоздкими для стран, которым нужно быстро принимать экономические решения. Если мажилис получает реальные рычаги контроля над бюджетом и правительством, это делает систему более динамичной. Для внешнего наблюдателя важно не количество палат, а прозрачность процесса. Если парламент становится местом реальных дискуссий, это только укрепляет доверие к государству.
— В проекте новой Конституции большой блок посвящен защите прав граждан, включая право на жилье и цифровую безопасность. Насколько эти нормы соответствуют европейским стандартам?
— Это интересная деталь. Мы видим, что в текст включены очень современные категории, такие как защита персональных данных. Это говорит о том, что Казахстан осознает вызовы цифровой эпохи. Что касается социальных гарантий — права на жилье или здравоохранение — это попытка государства сохранить стабильность. В условиях глобального кризиса люди ищут защиты у Основного закона. Если эти нормы будут подкреплены работой Конституционного Суда, который в новой редакции получает больше веса, это станет серьезным шагом к верховенству права.
— Казахстан также первым в регионе вносит в Конституцию нормы об экологической ответственности. Для Европы это важный маркер. Как вы это оцениваете?
— Это очень прагматичный шаг. Экологическая повестка сегодня напрямую связана с инвестициями. Включая эти пункты в Конституцию, Казахстан подает сигнал глобальным рынкам: «мы играем по современным правилам». Это повышает так называемый ESG-рейтинг страны. Для французских или немецких компаний, которые рассматривают регион для долгосрочных вложений, такие конституционные гарантии значат гораздо больше, чем любые декларации.
— Реформа 2026 года часто связывается с курсом президента Токаева на «Справедливый Казахстан». Насколько, по-вашему, этот курс понятен западному академическому сообществу?
— Касым-Жомарт Токаев — дипломат, который хорошо понимает язык международных институтов. Его стратегия — это своего рода «контролируемая модернизация». Он не ломает систему, а пересобирает ее, делая более устойчивой к внешним шокам. Для Европы важно, чтобы Казахстан оставался предсказуемым партнером. Референдум призван подтвердить, что реформы — это не временный маневр, а долгосрочная стратегия развития. Это поиск баланса между сильной властью и развитыми институтами, что крайне сложно, но необходимо в нынешних условиях.
Фото из открытых источников
