Сами страны Центральной Азии имеют наилучшие возможности для того, чтобы открыть новый «золотой век» региона. Процветание, необходимое для его поддержания, будет зависеть от открытой региональной экономической сети, свободной от эксклюзивных соглашений, навязываемых великими державами.
Расположенная в самом сердце евразийского континента, Центральная Азия вновь оказалась в центре международного внимания. 19 октября государственный секретарь США Марко Рубио принял участие во встрече министров иностранных дел «C5+1» в Самарканде (Узбекистан), подчеркнув необходимость обеспечения безопасности ключевых отраслей и цепочек поставок и выступив за снижение зависимости от партнеров, которые считаются рискованными.
В совместном заявлении, опубликованном шестью участниками по итогам встречи, не предлагалось заключать соглашения об эксклюзивности. Вместо этого в нем вновь были подтверждены суверенитет, независимость, неизменная приверженность многовекторной внешней политике и стремление к расширению международного сотрудничества.
За день до встречи казахстанская газета The Astana Times опубликовала статью, в которой анализировались последствия растущего экономического влияния Китая для региона. В ней был поднят важный вопрос: в какой степени Китай будет определять будущий экономический ландшафт Центральной Азии и насколько регион будет свободен в формировании своего собственного? Хотя основное внимание уделялось Китаю, этот вопрос на самом деле имеет гораздо более широкое значение: сможет ли Центральная Азия вступить в новый «золотой век», углубив свою интеграцию с мировой экономикой?
Что Рубио привнес в переговоры
Визит Рубио носил отчетливо коммерческий и дипломатический характер. Государственный департамент США сообщил, что американская бизнес-делегация насчитывала более 200 представителей. Правительство Узбекистана сообщило, что деловые мероприятия в формате «C5+1», проходившие параллельно со встречей министров, привлекли около 400 компаний, в том числе более 100 из США. США и Узбекистан подписали 54 документа об экономическом и торговом сотрудничестве, охватывающих проекты с оценочной стоимостью в 12 млрд долларов в таких секторах, как промышленность, энергетика, критически важные полезные ископаемые и финансы. Однако эта цифра не отражает фактические инвестиции и не соответствует общей стоимости соглашений, подписанных между Соединенными Штатами и всеми пятью странами Центральной Азии.
Торговля товарами между Соединенными Штатами и этими странами выросла с 3,28 млрд долларов в 2021 году до чуть более 6,48 млрд долларов в 2025 году, увеличившись примерно на 97 процентов. Однако торговля была в значительной степени сосредоточена только в двух из этих стран. В 2025 году на Казахстан приходилось 78 процентов всего объема торговли США с Центральной Азией, а на Узбекистан — 16,2 процента. На долю остальных трех стран в совокупности приходилось менее 6 процентов.
В совместном заявлении, опубликованном после встречи министров иностранных дел, содержится призыв к усилиям по восстановлению позиций Центральной Азии как крупного центра мировой экономики. Это видение поднимает более широкий вопрос: сможет ли Центральная Азия, некогда родина процветающих цивилизаций, вернуть себе процветание в формирующемся международном экономическом порядке и взять под контроль собственное развитие?
Регион, некогда процветавший
Центральная Азия в прошлом была крупным центром торговли и интеллектуального обмена на Евразийском континенте. В книге «Утраченное Просвещение: Золотой век Центральной Азии от арабского завоевания до времен Тамерлана» американский учёный С. Фредерик Старр отмечает, что в период с 800 по 1200 год нашей эры Центральная Азия достигла замечательных успехов в математике, астрономии, медицине и городской экономической жизни. Такие города, как Самарканд и Бухара, стали центрами торговли и интеллектуальных инноваций.
В географическом плане регион извлекал выгоду из обмена товарами, технологиями и людьми, облегчаемого Шелковым путем, соединявшим Восток и Запад. Однако по мере развития морских технологий и изменения структуры международной торговли преимущества традиционных сухопутных торговых путей постепенно уменьшались. Историк Моррис Россаби указывает, что упадок дальних караванных перевозок в Центральной Азии в конце XVI и начале XVII веков был обусловлен не только морской конкуренцией, но и политической нестабильностью и социальными изменениями. Это говорит о том, что, хотя география может создавать условия для связи с внешним миром, именно транспортные технологии, торговая среда и местный производственный потенциал определяют, смогут ли преимущества местоположения трансформироваться в устойчивое процветание.
Сегодня такие проекты, как Транскаспийский международный транспортный маршрут, транспортные сети Китай-Центральная Азия и Цифровой Шелковый путь, меняют связи Центральной Азии с мировой экономикой. По сравнению с эпохой древнего Шелкового пути, международные экономические связи теперь выходят за рамки перемещения товаров и охватывают глобальное распределение отраслей промышленности, капитала, технологий и данных. Возможность региона вступить в новый золотой век будет в значительной степени зависеть от его способности построить инклюзивную региональную экономическую сеть, которая взаимодействует с различными экономиками и укрепляет его потенциал и автономию для участия в глобальном масштабе.
Успех Центральной Азии в интересах Китая
Экономическое благополучие Центральной Азии имеет значение не только для развития самого региона, но и для более широкой экономической ситуации в Евразии. Сегодня, по мере углубления международного разделения труда и расширения межрегиональных экономических связей, открытость и процветание региона приобретают все большее значение. Для Китая, страны, географически граничащей с регионом и все более тесно связанной с ним экономически, развитие Центральной Азии означает не только расширение соседних рынков, но и обеспечение бесперебойного функционирования и стабильности экономических сетей Евразии.
С тех пор как Китай предложил инициативу «Экономический пояс Шелкового пути» в 2013 году, его экономическое и торговое сотрудничество с регионом продолжает расти. По данным Министерства торговли Китая, в 2025 году объем двусторонней торговли товарами достиг 106,3 млрд долларов, что на 12 процентов превышает показатель предыдущего года и является пятым годом роста подряд. Из этой суммы китайский экспорт в регион составил 71,2 млрд долларов, а импорт — 35,1 млрд долларов. Китай впервые стал, по собственным меркам, крупнейшим торговым партнером каждой из пяти центральноазиатских стран. На машиностроение и электронную продукцию приходилось более 55 процентов китайского экспорта в регион, а трансграничная электронная торговля между двумя сторонами принесла 800 млн долларов. В отчете Евразийского банка развития, опубликованном в декабре, говорится, что по состоянию на конец июня прошлого года совокупный объем прямых иностранных инвестиций Китая в пять центральноазиатских стран достиг 35,9 млрд долларов, охватывая такие сектора, как энергетика, обрабатывающая промышленность, транспорт и логистика.
Углубление экономического сотрудничества между Китаем и Центральной Азией не предполагает исключения других экономик. В 2019 году на Втором форуме международного сотрудничества в рамках инициативы «Пояс и путь» лидер Китая призвал к открытому сотрудничеству, заявив, что Китай «не будет создавать закрытых и эксклюзивных блоков». Он выступил за международное сотрудничество в двустороннем, трёхстороннем и многостороннем форматах.
Быстрое развитие экономических связей между Китаем и Центральной Азией не сузит круг возможностей, доступных странам региона. Напротив, это поможет укрепить их потенциал для участия в международном разделении труда. Выбирая своих партнеров, страны Центральной Азии смогут более эффективно использовать инвестиции, технологии и рыночные возможности разных стран для стимулирования собственного развития. Это отвечает интересам стран региона, а также долгосрочным интересам Китая. Сами страны Центральной Азии находятся в наилучшем положении, чтобы открыть новую «золотую эру». Процветание, которое будет ее поддерживать, в свою очередь, зависит от региональной экономической сети, открытой миру и свободной от эксклюзивных соглашений, навязываемых великими державами.
Автор: Сяо Бинь — заместитель генерального секретаря Центра по изучению Шанхайской организации сотрудничества Китайской ассоциации социальных наук
Источник: Where Will Central Asia’s Prosperity Come From?
Перевод Дианы Канбаковой
Фото из открытых источников
